Что такое социализм.

Заседание марксистского кружка 08.03.2017.

Заседания проходят каждую среду в 18:30 в музее И.В.Сталина, находящегося по адресу ул. Н.Кузнецова, 7. На заседания приглашаются все, кому небезразличны судьба отдельного человека, нашей Родины и всего мира, все, кто хочет познать закономерности общественного развития.

На предлагаемом вашему вниманию занятии речь идёт о социализме. Сегодня разные товарищи, называющие себя коммунистами, вкладывают в это слово разный смысл. И не всегда разногласия касаются лишь "вопроса о дефинициях". На занятии кружка докладчик предложил свои наработки поэтому вопросу. Конечно, не обошлось и без дискуссии после доклада.

 

Текстовый вариант

Что такое социализм?

 

Понятие социализма – одно из наиболее часто используемых в политической жизни понятий. Поэтому может показаться странным, что требуется что-либо уточнять и разъяснять по этому поводу. Однако, горячие споры о природе общества в СССР и о будущем устройстве мира показывают, что участники споров зачастую понимают под этим понятием разные вещи, что приводит к взаимному непониманию и уходу дискуссий в деструктивную область.

Говорят о социализме и как об отдельной общественно-экономической формации, и только как о фазе коммунизма, о наличие товарно-денежных отношений при социализме, и о не товарном производстве в этот период, о бесклассовом обществе, и о классовом, об отсутствии в эпоху социализма государства, как инструмента диктатуры одного класса, и государстве диктатуры пролетариата.

Вот со всем этим мы сегодня и попытаемся разобраться.

 

Социали́зм(франц. socialisme, от лат. socialis — общественный) — обозначение учений, в которых в качестве цели и идеала выдвигается осуществление принципов социальной справедливости, свободы и равенства. Под социализмом также понимают общественный строй, воплощающий эти принципы.

В соответствии с этим общим определением социализм прошёл долгую историю, прежде чем приобрёл черты научного учения. Обзор до научных социалистических учений дан в «Манифесте Коммунистической партии» К.Маркса и Ф.Энгельса. Это различные реакционные социализмы: феодальный, мелкобуржуазный, «немецкий», буржуазный. Общее у них то, что в них провозглашается цель – улучшение жизни трудящихся, рабочих, но будущее общество видится либо при сохранении существующих порядков капиталистического строя, либо, вообще, при откате к предыдущим формациям. То есть сторонники этих течений не видели реальных причин угнетения трудящихся и не могли (а, может быть, и не хотели) устранения этих причин. Немного обособленно стоит утопический социализм. Его сторонники видели противоречия капиталистического общества и критиковали их. Но эти течения возникли на первой, начальной стадии противостояния пролетариата и буржуазии, и, поэтому, сторонники этих течений не видели в пролетариате самостоятельную силу, способную решать исторические задачи.

 

Маркс и Энгельс

 

 

Основы научного социализма заложили Маркс и Энгельс. Несмотря на то, что они для обозначения строя, который позже назовут «социализмом», использовали термин «первая фаза коммунистического общества». В своей работе «Критика Готской программы» Маркс, критикуя программу Германской рабочей партии, дал описание некоторых важных свойств будущего коммунистического общества. Говоря о распределении в первой фазе коммунистического общества, он говорил: «каждый отдельный производитель получает от общества за всеми вычетами ровно столько, сколько сам даёт ему».

То есть на первой фазе коммунистического общества действует принцип, который позже Сталин сформулирует как «От каждого по способностям, каждому по труду». Вместе с тем, Маркс отмечал, что этот принцип не есть равное право, поскольку доля общественного богатства, получаемая производителем, зависит от «внешних» факторов. Один человек более сильный, более проворный, более умный, чем другой. Производительность труда зависит и от природных факторов – климат, погода и т.д. Маркс назвал это не равное право «родимыми пятнами капитализма», буржуазным правом.

«Но эти недостатки неизбежны в первой фазе коммунистического общества, в том его виде, как оно выходит после долгих мук родов из капиталистического общества»(К.Маркс, «Критика Готской программы»).

В высшей же фазе коммунистического общества (которую мы привыкли называть собственно коммунизмом) эти недостатки будут ликвидированы. Будет преодолена противоположность между умственным и физическим трудом, труд из необходимости превратиться в потребность и восторжествует формула распределения « Каждый по способностям, каждому по потребностям!»

Вместе с этим Маркс указывал на то, что было бы ошибкой видеть в принципе распределения существо будущего общества и делать на нём главное ударение. Принцип распределения – признак, отражающий общественные отношения в производстве, тот факт, что средства производства перестали быть собственностью ограниченного круга лиц, а стали принадлежать каждому члену общества в равной мере. То есть, другими словами, тот факт, что частная собственность на средства производства уступила место общественной собственности.

В связи с этим,

 

 

 

Что такое общественная собственность на средства производства.

 

Одним из основных понятий политической экономии является понятие собственности на средства производства. Все люди интуитивно понимают, что такое собственность. Это возможность распоряжаться какими-то вещами, использовать их по своему усмотрению. При этом сначала подразумевают какие-то предметы обихода: ручка, телевизор, машина и т. д. Собственность на те предметы, которые призваны лишь удовлетворять какие-то личные потребности называется личной собственностью и не является предметом рассмотрения политической экономии. Предметом рассмотрения политической экономии является собственность на предметы, которые могут участвовать в процессе производства, т.е. собственность на средства производства. Поэтому, в дальнейшем, говоря о собственности, если не оговорено особо, мы будем иметь именно собственность на средства производства.

Отношения собственности характеризуют:общественный способ соединения работников со средствами производства, складывающиеся на основании этого условия распоряжения и использования факторов производства, а также отношения людей по поводу присвоения средств и результатов производства.Различаются типы и формы собственности на средства производства.Тип собственности определяется характером управления и присвоения средств и результатов производства.Известны два типа собственности на средства производства. Общественная собственность на средства производства означает совместное (всем обществом) управление и присвоение средств и результатов производства. В частности, общественная собственность на средства производства означает существование единого принципа распределения результатов производства, не зависящего от воли одного человека или группы лиц. Частная собственность на средства производства означает присвоение средств и результатов производства отдельными лицами или группами лиц. При этом, принципов распределения результатов производства, поскольку они зависят от собственников, может быть много. Для работников - от позволяющих лишь балансировать на грани выживания, до кажущихся вполне справедливыми, обеспечивающих вполне безбедное существование («золотой миллиард»). В рамках этих двух типов может существовать несколько форм собственности, характеризующие другие общественные отношения в рамках отношений собственности. Так к частной собственности на средства производства можно отнести феодальную, мелкобуржуазную, капиталистическую, которая, в свою очередь может подразделяться на акционерную, государственную собственности. Все они характеризуются разными общественными способами соединения работников со средствами производства, разными принципами распределения результатов производства и т.д. С другой стороны, Совокупность экономических взаимосвязей людей в процессе производства, а также формы распределения произведённого продукта, его обмена и потребления образуют производственные отношения.То есть, собственность на средства производства и производственные отношения являются двумя сторонами одной и той же медали.

Итак, государственная ФОРМА собственности означает, что средства производства принадлежат государству, а результаты производства распределяются государственными органами. А вот чтобы определить какой ТИП собственности при этом, придётся досконально разобраться, какой ТИП государства мы имеем. То есть, определить тот класс, который является доминирующим в государстве (а государство – это, как показано в марксизме, всегда диктатура какого-то класса). После начала социалистической революции, то есть после захвата власти, наступает переходный период, период, когда будет происходить построение экономической основы новой формации. И государством этого периода может быть только государство диктатуры пролетариата. То есть государство, главным, доминирующим классом которого будет пролетариат. То есть класс, представители которого участвуют в производстве в качестве рабочей силы, но и класс, участвующий в государственном управлении, то есть влияющий на управление средствами производства и на распределение результатов общественного производства. Строго говоря, и в этом случае собственность нельзя назвать общественной, поскольку в переходный период будут существовать классы, которые будут получать долю общественного производства вне единого принципа распределения (при социализме, я напомню, это «от каждого по способностям, каждому по труду»), и не будут влиять на управление государственной собственностью. Однако пролетариат – самый массовый класс, и тип собственности на средства производства (государственной по форме) наиболее приближается к общественному типу. При этом собственность при переходном периоде должна пройти путь диалектического развития. Государственная по форме собственность в переходный период объединяет два начала, в борьбе между которыми и должен сформироваться общественный тип собственности на средства производства к моменту построения социализма.

Чтобы понять, что это за два начала, представим два крайних случая. При государственной собственности средствами производства распоряжаются государственные органы, конкретнее – чиновники, которые работают в этих государственных органах. Они же определяют принципы распределения продуктов общественного производства. Но эти чиновники в государстве диктатуры пролетариата должны быть под контролем и управлением класса пролетариат. Оставим в стороне механизмы этого контроля. Но что будет, если этот контроль сойдёт на нет? Такое бывало и раньше, в феодальных и капиталистических государствах, когда влияние господствующего класса ослабевало. Это обычно бывало на крутых виражах истории, - во время войны, революций, переворотов и бунтов. Обычно через какой-то промежуток времени влияние господствующего класса восстанавливалось. В случае государства диктатуры пролетариата, при потере влияния пролетариата на государственный аппарат, восстановить такое влияние значительно труднее в силу особенностей самого механизма такого влияния (который, впрочем, мы пока не рассматриваем). Нас интересует, что же будет с собственностью? Получается, что слой государственных чиновников получает ничем не ограниченные возможности управлять средствами производства и определять принципы распределения результатов общественного производства. Это признаки частного ТИПА собственности на средства производства, хотя и государственной по ФОРМЕ. А производственные отношения, существующие в данном случае, можно назвать государственным капитализмом. А в роли группового капиталиста выступает слой государственных чиновников, который приобретает классовые признаки.

Другой случай. Сохраняется действенный контроль класса пролетариат над государственными чиновниками. В этом случае собственником средств производства будет являться самый массовый класс, а распределение результатов общественного производства будет производиться в соответствии с единым принципом («от каждого по способностям, каждому по труду»), причём в интересах не только пролетариата, но и всех трудящихся. Более того, по мере отмирания буржуазных способов производства достигается всё большее обобществление средств производства, а сам господствующий класс становится всё более многочисленным, пока не сотрутся классовые различия вообще. То есть все средства производства перейдут в государственное управление (впрочем, это будет уже не государство в привычном смысле, как инструмент господства какого-то класса), а собственность в полной мере примет общественный ТИП. Только после этого можно говорить о построении социализма.

Противоречие между этими двумя началами государственной ФОРМЫ собственности в переходный период социалистической революции может разрешиться как в ту, так и в другую сторону. Как видим, вопрос о том, какой тип собственности имеет государственная собственность лежит в области политики, в области управления государством и всем обществом. Но в этом нет ничего странного, если помнить известную фразу, что «политика – это концентрированное выражение экономики».

 

В связи с этим особую актуальность приобретает вопрос о форме государства диктатуры пролетариата, почему Маркс и Энгельс, а за нимии Ленин говорили о необходимости не просто взятия власти пролетариатом, ао полном сломе прежней государственной машины. Почему был необходим этот слом, и какими чертами должна обладать государственная машина, чтобы быть государством диктатуры пролетариата. Эту интересную и обширную тему я предлагаю сделать темой следующего занятия.

 

 

 

Таким образом, принцип распределения – признак, отражающий общественные отношения в производстве, тот факт, что средства производства перестали быть собственностью ограниченного круга лиц, а стали принадлежать каждому члену общества в равной мере. То есть, другими словами, тот факт, что частная собственность на средства производства уступила место общественной собственности.

В буржуазном обществе нет общественной собственности на средства производства. Поэтому между началом революции и моментом, когда можно будет говорить о построении первой фазы коммунистического общества, должен лежать период революционного преобразования, в том числе, и собственности на средства производства. Причём в этот период должны реализовываться государственные мероприятия, направленные на эти революционные преобразования. Но для этого необходимо «превратить государство из органа, стоящего над обществом, в орган, этому обществу всецело подчинённый» (К.Маркс, «Критика Готской программы»). Поскольку государство всегда является орудием диктатуры какого-либо класса, то необходимое государство может быть только диктатурой самого массового, революционного класса, класса, более других заинтересованного в победе коммунизма, - пролетариата.

«Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата»(К.Маркс, «Критика Готской программы»).

Итак, если рассматривать периоды революционного преобразования общества, то эта последовательность должна выглядеть так:

1.Начало социалистической революции. Захват власти.

2.Государство диктатуры пролетариата. Преобразование типа собственности на средства производства в общественный тип. Постепенное отмирание классовых различий

3.Первая фаза коммунистического общества. Общественная собственность на средства производства.«От каждого по способностям, каждому по труду». Бесклассовое общество.

4.Высшая фаза коммунистического общества. «От каждого по способностям, каждому по потребностям».

 

Ленин

 

В августе-сентябре 1917 года Ленин пишет свою знаменитую работу «Государство и революция». В ней он уже более подробно рассматривает вопросы социалистической революции и её этапы. Но что касается экономических основ общества в революции, он полностью согласен с Марксом. Даже главы, посвящённые экономическим основам общества, у него называются:

1.Переход от капитализма к коммунизму.

2.Первая фаза коммунистического общества.

3.Высшая фаза коммунистического общества.

Говоря о переходном периоде, Ленин пишет: «…переход от капиталистического общества, развивающегося к коммунизму, в коммунистическое общество невозможен без «политического переходного периода», и государством этого периода может быть лишь революционная диктатура пролетариата.»

Говоря о первой фазе коммунистического общества, Ленин несколько раз уточнил, что обычно эту фазу называют социализмом: «Но научная разница между социализмом и коммунизмом ясна. То, что обычно называют социализмом, Маркс назвал «первой» или низшей фазой коммунистического общества.»

Таким образом, развитие общества при социалистической революции выглядит следующим образом:

1.Начало социалистической революции, захват власти.

2.Государство диктатуры пролетариата.

3.Социализм.

4.Коммунизм.

То есть, социализмом Ленин называл первую фазу коммунистического общества (в определении Маркса), которая характеризуется:

- общественной собственностью на средства производства;

- в распределении – принципом «От каждого по способностям, каждому по труду»;

- ликвидацией классовой структуры общества;

- и соответственно – ликвидацией государства, как орудия господства одного класса (но оставление каких-то государственных функций, - хотя бы для гарантированного соблюдения права распределения («по труду»)).

Но социализм надо ещё построить. И это строительство будет происходить в переходный период, в период государства диктатуры пролетариата, в период, когда и собственность на средства производства и классовый состав общества будет изменяться и приближаться к требованиям социализма. Если захват власти – действие одномоментное, то построение социализма будет растянуто во времени и чётко определить момент, до которого социализма ещё не было, а после которого он уже построен, нельзя.

 

 

 

 

Этьен Балибар

 

Ещё я хочу остановиться на работе известного французского философа и коммуниста Этьена Балибара «О диктатуре пролетариата». Остановиться не только потому, что это один из наиболее последовательных марксистов сегодня, но и потому, что его идеи завоёвывают всё большую популярность и среди российских коммунистов, в частности, во вновь организованной ОКП. Эта работа написана, как ответ на резолюции, принятые на XXII съезде коммунистов Франции (1976 год).

Напомню, что ещё до съезда, генеральный секретарь ФКП Жорж Марше предложил оставить понятие диктатуры пролетариата и как можно скорее убрать его из партийной программы. Съезд же единогласно принял решение отбросить перспективу диктатуры пролетариата как отжившую своё и противоречащую тому, что коммунисты хотят для своей страны. Фактически коммунисты во Франции встали на путь оппортунизма, на позицию Каутского, Плеханова и других, много раз раскритикованных Лениным. Казалось бы, уничтоженная идея, отвергающая слом существующей государственной машины и замены её новой, поющая сладкие утопии о «мирном» развитии капитализма в социализм, возродилась вновь, и вновь начала своё чёрное дело развала рабочего движения. В том числе и у нас в России руками Зюганова и его КПРФ.

Но вернёмся к работе Э.Балибара. В ней он начинает с рассмотрения трёх идей, трёх ложных идей, на которых основываются те, которые доказывают неактуальность диктатуры пролетариата. Вот они.

1.Сущность, фундаментальные характеристики диктатуры пролетариата напрямую реализованы и выражены в истории СССР.

Э.Балибар справедливо пишет, что если бы это было так, то мы бы уже построили коммунизм, и СССР не ждал бы развал. То есть брать СССР как образец диктатуры пролетариата никак нельзя.

2.Диктатура пролетариата это всего лишь особый «политический режим»

Суть этого положения в том, что к социализму могут вести не только диктатура пролетариата, как «политический режим», но и другой путь, другой режим, который гораздо более «гуманен» для всех людей, а не только для пролетариата, которого, кстати, значительно поубавилось в современных условиях. И этим «другим режимом» может быть демократическая республика, которая первоначально буржуазная, но при завоевании большинства в государственных органах трудящимися, постепенно и плавно «перетечёт» в социализм. Социализм для всех. Эта уже третья ложная идея, а именно,

3.диктатура пролетариата – это всего лишь один из «переходных путей» к социализму

Тут ключевым является противопоставление типа государства и политической формы этого государства. Для примера приведём различные формы буржуазного государства. Это могут быть: конституционная монархия, диктатура, парламентская демократическая республика. Но суть у всех у них одна – это буржуазное государство. И определяется эта суть контролем за властью одного из основных классов капиталистической формации – капиталистов. Контроль этот поддерживается не через политическую форму, но материально. Грубо говоря, «Кто платит, тот и заказывает музыку».

И хотя в политической форме не видно прямого влияния буржуазии, но эта форма делает возможным и удобным такое материальное влияние. Это значит, что существует какой-то предел влияния трудящихся в буржуазном правительстве, даже в самом демократическом, даже если они туда будут выбраны. Дальше им просто не дадут ничего сделать, а в крайнем случае просто пренебрегут всеми демократическими принципами. Как это происходит, Э.Балибар показал на примерах из французской политической жизни. С другой стороны диктатура пролетариата это одновременно не только тип, суть государства, но и форма. Поскольку у пролетариата нет возможности материально влиять на власть, из-за того, что у него не будет отдельных от государства средств, которые можно было бы пустить на материальное влияние на представителей власти. Кроме того, уровень оплаты представителей власти, как говорилось, не может быть выше уровня оплаты рабочих (это мера против обюрокрачивания). Поэтому единственный выход для того, чтобы осуществить влияние пролетариата на власть – ввести в государственный аппарат форму, обеспечивающую такое влияние. Это могут быть и отряды вооружённого народа, в острый, революционный период, о чём писал Ленин в «Государстве и революции». Но по мере развития революции становятся необходимы стационарные органы, осуществляющие постоянный «полный контроль и учёт» (по выражению Ленина) работы чиновников. Формы могут отличаться, но главное – чтобы в государственной власти принимали участие все сначала пролетарии, а затем и все трудящиеся ( а не ограничивались выбором раз в несколько лет). Таким образом, диктатура пролетариата одновременно и тип государства и форма реализации этого типа. А поэтому диктатура пролетариата и является единственной дорогой к социализму, необходимым условием его построения

Надо сказать, что Э.Балибар не увидел этот аргумент. Чтобы доказать необходимость диктатуры пролетариата он выдвинул тезис о том, что диктатуру пролетариата и социализм нельзя разделить. Более того,- что диктатура пролетариата и есть социализм. При этом он не рассматривает признаки социализма, определённые Марксом и Лениным, не рассматривает характерные черты диктатуры пролетариата, а пытается софистически вывести это положение из слов Маркса. Вот примерно, как он это делает. Сначала приводятся слова Маркса : «только коммунизм является бесклассовым обществом». Далее следует цепочка: социализм до коммунизма => значит при социализме сохраняется классовая структура => значит при социализме необходимо подавлять эксплуататорские классы => значит необходима диктатура пролетариата=> значит социализм и есть диктатура пролетариата….

При этом не учитывается то, что Маркс не выделял социализм из коммунизма, а говорил о первой, начальной фазе коммунизма (которую позже назвали социализмом). И хотя результирующий вывод о необходимости диктатуры пролетариата получился верным, в такой подтасовке нет необходимости, а путаницу она может внести, и уже вносит.

В чём Э.Балибар прав, так это в том, что диктатура пролетариата и социализм не являются отдельными, изолированными этапами развития общества. Одно диалектически перетекает в другое, в период диктатуры пролетариата постепенно отмирают старые, буржуазные отношения, пока не можно будет сказать, что социализм построен. Но чёткую границу между этими двумя фазами развития общества провести нельзя. Это верно так же, как и то, что сразу после захвата власти, надо думать не только об установлении диктатуры пролетариата, но и о том, чем эту диктатуру заменить, о социализме. И эта трансформация должна начаться с первых же дней после захвата власти.

 

Таким образом, из всего этого вытекает, что социализм – это первая фаза коммунистической общественно-экономической формации, характеризующаяся общественной собственностью на средства производства и единым принципом распределения : «От каждого по способностям, каждому по труду». И, соответственно, бесклассовой структурой общества и отсутствием государства, как орудия диктатуры одного класса.

 

Пока остались в стороне вопросы, касающиеся политической надстройки переходного периода и социализма, законов экономической жизни при социализме. Оставил я в стороне и рассмотрение, так называемого, реального социализма, то есть общества, существовавшего в СССР. Наверное, это можно будет рассмотреть после того, как мы разберёмполитические основы переходного периода и социализма.

 

А вот об экономических основах социализма можно сказать несколько слов уже сейчас.

Существует взгляд, что производство при социализме должно быть товарным, то есть распределение продуктов общественного производства должно производиться через рынок. При этом делаются попытки доказать, что в этом случае возможно реализовать принцип «по труду». При этом не обращается внимание на то, что рыночные механизмы возвращают в производство не только стоимость произведённой продукции, но некую положительную или отрицательную добавку, зависящую от спроса/предложения и нарушающую принцип «по труду». Это, в свою очередь, приводит к накоплению неравенства и рождает (делает возможным) капиталистические производственные отношения (РШ).

Однако, причина по которой люди обращаются к рыночным механизмам распределения понятна. Рыночные механизмы распределения обеспечивают не только распределение, но и влияние потребностей на производство. Именно через ту добавку в цене (добавку к стоимости), которая зависит от спроса/предложения. То есть рыночные механизмы распределения общественного продукта обеспечивают влияние потребностей (выраженных в спросе) на производство, но, одновременно, и делают невозможным реализацию принципа распределения «по труду». Если отказаться от рыночных механизмов распределения (например, фиксированием цены или вообще отказаться от денег при распределении), то распределение «по труду» становится возможным, но при этом, одновременно, утрачивается связь потребность-производство. Эту связь должно обеспечивать планирование производства. Но планирование само по себе не панацея. Оно только тогда будет эффективным, когда будет основываться на достоверных данных о потребностях общества. То есть дело не в планировании, а в методах сбора данных о потребностях общества. Отсутствие понимания, как это можно сделать и заставляет вновь обращаться людей к испытанному способу распределению через рынок и к товарному производству.

Однако это не значит, что не существует методов учёта потребностей при планировании. Чуть ниже я попытаюсь набросать механизм такого учёта. Но должно быть ясно, что социализм и рыночные механизмы распределения продуктов общественного производства несовместимы.

 

Ещё хочу сказать о набирающим в последнее время популярность так называемом «законе потребительной стоимости». Этот закон по мнению его защитников должен будет действовать и в условиях коммунизма в качестве основного закона экономики, в отличие от закона стоимости, который канет в небытие вместе с товарным производством. Однако все попытки понять на этих ресурсах, в чём же заключается этот закон, я не смог. В лучшем случае я натыкался на отсылки к трудам авторов этого закона и, в первую очередь, к трудам Ельмеева В.Я. Поэтому я решил познакомиться с этим законом по книге Ельмеева В.Я. «Социальная экономия труда: общие основы политической экономии. СПб.;Изд-во С.-Петерб.ун-та,2007».

Эта работа вызвала у меня много вопросов и не смогла ответить на вопрос: «В чём заключается закон потребительной стоимости?» И в первую тем, что так и не было количественно определённо само понятия «потребительная стоимость». Кроме того, вызывает вопрос и цель общественного производства будущего общества.

 

 

Основную цель экономического развития будущего общества Ельмеев В.Я. видит в увеличении свободного времени, отождествляя это с гармоничным развитием личности.

На это можно сказать следующее.

Рассмотрение увеличения свободного времени работающих проводилось без учёта политической надстройки общества и доминирующих производственных отношений. Это привело к неправильным выводам. Так развитие производительных сил и увеличение производительности труда в капиталистическом обществе не обязательно приводит к увеличению свободного времени работающих. В условиях капиталистического производства уменьшение времени необходимого труда приводит лишь к увеличению времени прибавочного труда и прибавочного продукта. И только классовая борьба может и реально приводит к сокращению рабочего времени. Рассмотрение же вопроса без учёта этого компонента создаёт иллюзию, что увеличение освобождающего времени работающих есть внутренне свойство любого общественного производства без учёта действующих производственных отношений, без учёта классовой борьбы в капиталистическом обществе. А отсюда уже недалеко и до оппортунистического вывода о необязательности смены общественно-экономической формации или, как минимум, до тоже оппортунистического лозунга о том, что «лимит на революции исчерпан».

Второе. Увеличение свободного времени не является эквивалентом всестороннего и гармоничного развития личности. В современной жизни достаточно примеров, когда молодые люди – выходцы из обеспеченных семей, имеют достаточно времени для своего развития. Однако, даже если они и получили хорошее образование, зачастую назвать их гармоничной личностью, язык не поворачивается. Свободное время является лишь необходимым, и то в каких-то пределах, условием, но не достаточным. Как и удовлетворение потребностей человека.

В связи с этим возникает вопрос : «Кого можно назвать всесторонней и гармонично развитой личностью?» Хорошее образование? Да, причём не только в какой-то одной области. Но не только. Ещё одним условием является не просто развитие способностей личности, а постановка этих способностей на службу обществу. Только человека, не развивающего свои способности ради самих способностей, а стремящегося отдать свои способности обществу, принести как можно больше пользы обществу, и ради этого развивающий свои способности, можно назвать гармонично и всесторонне развитым.

Посмотрим на коммунистический принцип распределения.

От каждого по способностям, каждому по потребностям.

Обычно обращают внимание на вторую часть принципа (каждому по потребностям). А первую понимают только как необходимое условие, необходимость работать на общество. Но в условиях коммунизма сама работа станет потребностью, и она будет невозможна без постоянного самосовершенствования, развития. Поэтому, если понимать «по способностям» не только как способность работать какое-то время на общество, но и способность повышать свои способности, совершенствоваться, то этот принцип гораздо точнее отражает условие всестороннего и гармоничного развития личности, чем так и не определённый «закон потребительной стоимости». Тем более, что граница между необходимым трудом и освобождающимся временем сотрётся. И не потому, что необходимое время уменьшится до нуля, а потому, что потеряет всякий смысл разделение труда на необходимый и прибавочный. Весь труд будет необходимым и, одновременно, этот труд будет прибавочным, идущим на развитие личности.

Поэтому коммунистический принцип гораздо более достоин носить звание «основного закона» будущего коммунистического общества, чем так и не определённый «закон потребительной стоимости».

Но для того, чтобы коммунистический принцип стал законом, необходимо разработать принципы функционирования экономики в условия не товарного производства, принципы, которые бы и обеспечивали реализацию коммунистического принципа, а в условиях социализма (то есть первой фазы коммунистического общества, когда распределение «по потребностям» ещё не достижимо, а поэтому «по потребностям» заменяется на «по труду») реализацию социалистического принципа и возможность, по мере развития общественного производства, преобразование социалистического принципа в коммунистический.

Таким образом, основная задача политэкономии эпохи строительства социализма и коммунизма, как мне видится, заключается не в открытии нового основного закона экономики, а в создании такой экономической системы, в которой бы мог действовать социалистический принцип, и при дальнейшем развитии – коммунистический принцип. То есть, чтобы эти принципы сами стали законами.

Следует заметить, что такой подход требует скрупулёзный учёт многих параметров – затрат рабочего времени, времени нахождения продуктов общественного производства в пунктах распределения и т.д. Причём учёт по всей стране и отдельно на каждом предприятии. Такая задача немыслима без самого широкого применения вычислительной техники. То есть тут обнаруживается связь между развитием производительных сил и уровнем производственных отношений. Как в своё время, машинное мануфактурное производство явилось условием развитие капиталистических производственных отношений, так сегодня, всемерное развитие средств вычислительной техники и программного продукта является условием перехода к следующей ступени общественного развития.

Нельзя сказать, что в СССР абсолютно ничего не делалось в этом направлении. Шаг в этом направлении мог бы быть сделан, если бы правительство СССР согласилось на внедрение системы «ОГАС» академика В.М. Глушкова. Но горе-экономисты в правительстве и само правительство не смогли понять новых экономических реалий и оказались не готовыми к проведению необходимых масштабных реформ. Кстати, можно привести и положительный пример. В Чили Сальвадора Альенде под руководством английского кибернетика Стаффорда Бира был реализован аналогичный проект. И первые результаты внушали оптимизм (более определённому выводу о реализации проекта мешает кратковременность опыта).

Попробуем представить, как могло бы выглядеть распределение продуктов общественного производства «по труду» и механизм влияния потребностей общества на производства в условиях социализма.

Будем рассматривать механизм распределения продуктов и механизм влияния потребностей на производство по отдельности. Для упрощения ситуации будем рассматривать производство материальных продуктов.

 

  • · Механизм распределения«по труду»

 

 

 

Пусть у нас есть N (1…nN) видов продукции, производимых на K (1…kK) предприятиях.

Пусть у нас на предприятии k есть M (1…mM) рабочих, и пусть рабочий m за отчётный период (скажем месяц) участвовал в изготовлении qknmэкземпляров изделия n.

При этом пусть он затратил

Tknm

рабочего времени.

 

Суммарное время на изготовлении qkn изделий на предприятии

Tkn = сумма по m (Tknm)

 

qkn может бытьсуммой qknm по m (если в изготовлении изделия участвует только один рабочий), либо подсчитываться каким-то другим способом.

Матрица Tk1 q k1

Tk2 q k2

... ...

TkN q kN

 

передаётся в центральный расчётный центр (РЦ).

В РЦ для каждого вида продукции подсчитывается

Tn = сумма по k(Tkn)

q n = сумма по k(q kn)

а также общественно-необходимое время на производство единицы продукции

Cn = Tn/q n

, которое можно назвать стоимостью единицы продукции.

 

Кроме того, считается и общее время на производство всех видов продукции

T = сумма по n (Tn)

 

Расчёты должны производиться как на каждом предприятии, так и в центральном расчётном центре. Рабочий работает и тратит на производство единицы продукции какое-то рабочее время. Эта величина, а также общий объём произведённой на предприятии продукции уходит в центральный расчётный центр. Там общее время производства продукции по всем предприятиям складывается и делится на общее количество продукции – это стоимость производства продукции.

Одновременно, в этом РЦ ведётся и расчёт общественных фондов потребления (ОФП), в который входят:

1. Затраты на нетрудоспособное население (больные, дети, пенсионеры);

2. Затраты на оплату труда людей, результаты труда которых не предназначены для распределения через распределительные пункты (РП) (фундаментальные научные разработки, образование, медицина, жилищно-коммунальное хозяйство и т.д.). Следует отметить, что по мере развития общественного производства в эту группу могут переходить и другие виды деятельности, которые ранее не входили сюда;

3. Затраты на развитие общественного производства.

Все затраты выражаются в единицах рабочего времени. Сам по себе расчёт величины ОФП представляет собой нетривиальную и увлекательную задачу, но сейчас мы ограничимся лишь величиной ОФП без детального рассмотрения его составляющих.

 

Эта величина вычитается из общего времени, требующегося на производство продукции.

Разница делится на это общее время - получаем

коэффициент оплаты

To = (T-ОФП)/T

Для каждого изделия считается стоимость производства , равная средней величины затрат труда на единицу продукции и стоимость оплаты или цена (стоимость умноженная на коэффициент оплаты) И эта величина передаётся обратно на предприятие. И именно эта величина заносится работнику на карточку.

Оn = Ko * Cn

Для каждого предприятия считается оплата по каждому изделию

Okn = On * q kn

 

и матрица Ok1 qk1

Ok2 qk2

.... ....

OkN q kN

передаётся обратно на предприятие.

На предприятии считается уже индивидуальная оплата каждого рабочего по каждому изделию. В простейшем случае

Oknm = (Tknm/Tkn)*Okn

 

и оплата конкретного работника

Okm = сумма по n(Oknm)

 

Здесь учитывается интенсивность работы в целом на предприятии, но нет учёта разницы интенсивности работы внутри предприятия. Чтобы учесть эту разницу можно разбить процесс производства изделия на технологические операции и считать «общественно-необходимое время» на конкретную операцию внутри предприятия. Но эти расчёты уже будут производиться внутри предприятия.

Зарплата работника или заносится в личную карточку рабочего.

Распределение продуктов общественного производства производится в пунктах распределения. При покупке из карточки работника вычитается .

Что учитывается при таком способе распределения:

- выработка;

- интенсивность работы;

- производительность труда.

Последнее не совсем очевидно, т.к. напрямую производительность труда не участвует в распределении. Может даже сложится впечатление, что, увеличив (предприятие само определяет сколько затрачивается на производство продукции), предприятие может добиться более высокой зарплаты для своих работников.Однако это не так, поскольку зарплата будет начисляться исходя из общественно-необходимого времени и количества произведённой продукции. Кроме того, такое поведение чревато неприятностями для предприятия, т.к. разница между затраченным временем и общественно-необходимым будет одним из критериев сворачивания или развития производства на данном предприятии. В том случае, если эта разница будет очень большая может быть принято решение о переводе производства на другое предприятие, даже если само производство данного вида продукции не будет сворачиваться.Если же будет принято решение о сворачивании производства, то производство на таких предприятиях будет сокращаться в первую очередь.

Что не учитывается:

- квалификация работника.

Это может вызвать возражение у многих, поскольку при капиталистическом способе производства повышение квалификации работника многими расценивается, как овеществлённый в рабочей силе труд, который путём переноса участвует в создании стоимости. На это стоит заметить, что в условиях коммунистического общества (и его первой фазы-социализма) рабочая сила уже не является товаром и не может поэтому переносить свою стоимость на стоимость продукции. Да и говорить о стоимости рабочей силы в условиях коммунистического производства некорректно. Квалификация превращается в такой же инструмент получения человеком более интересного, умственного труда (не забываем – в условиях коммунизма труд станет потребностью), как и поглощение пищи является условием всякого труда. Отсутствие квалификации приведёт к менее интересному, физическому труду. Не стоит забывать, что и сам труд при коммунизме всё более будет утрачивать противоположность между физическим и умственным характером, - весь труд всё более будет приобретать черты умственного. Поэтому квалификация работника не должна учитываться при распределении продуктов общественного производства «по труду».

 

  • · Механизм влияния потребностей общества на производство.

Как я уже говорил этот механизм должен быть «оторван» от механизма распределения («по труду» при социализме), а значит может быть «оторван» от трудового принципа, то есть от учёта затраченного на производство продукции времени (на самом деле это не совсем так – учёт эффективности производства потребует время производства на предприятии, но это будет уже второй шаг). Здесь важен учёт количества произведённого в единицу времени продукта и потреблённого за единицу времени продукта.

Информацию о произведённом количестве продукции расчётному центру могут дать предприятия-производители.Делим количество продукции на время, в течение которого это количество произведено, - Прn.(Время производства)При этом учитывается только конечная продукция, идущая на распределение через распределительные пункты. Продукция, участвующая в дальнейшем производстве, не учитывается. Информацию о потреблении дают распределительные пункты – делим проданную продукция на время продажи – Поn.(время распределения)

Отношение

                                                Пn = Прn / Поn

 

- полезность данного вида продукции.

Если Пnнаходится в каких-то пределах (это требует исследования, но, допустим, 0,9-1,1) производство осуществляется в необходимых объёмах. Если Пn > 1,1 то необходимо расширять производство. Если Пn < 0,9 то необходимо сокращать производство. При сокращении учитываются ранжированные таблицы предприятий (эффективность производства продукции на конкретном предприятии – отношение

 

                                       Эkn = (Tn * q kn)/(q n * Tkn)

отношение распределяемой на предприятии стоимости (цены, делённой на коэффициент оплаты), к реально затраченному рабочему времени)

) – сокращаются именно те производства, где оно наименее эффективно. Можно расширить метод и посчитывать по каждому виду продукции не единственную полезность, а матрицу полезности (по регионам), можно переносить производство с одного предприятия на другое, исходя из этой матрицы и ранжированных таблиц. Для математиков здесь богатое поле задач – учесть и транспортные расходы и многое другое.

Может показаться, что такая система повсеместного внедрения средств вычислительной техники и каналов передачи цифровой информации, работающей в реальном режиме времени – дело будущего. Однако проект «ОГАС» академика В.М. Глушкова, экономика Чили времён Сальвадора Альенде говорят, что это не так, тем более, что между ними и сегодняшним днём лежит уже существенный временной интервал, за который вычислительная техника сделала огромный шаг вперёд. Кроме того, сегодня даже в нашей стране уже существуют системы близко подошедшие, если не достигшие, по возможностям требуемый уровень. Так в электроэнергетике ежечасно формируется график работы электростанций по всей стране на основании собранных данных о возможностях электростанций и результатов торгов по продаже электроэнергии и распространение этих графиков по всей стране.

Такая система учёта позволит осуществить и распределение «по труду» (при социализме), а при коммунизме вообще отказаться от трудового принципа при распределении продуктов общественного производства и реализовать влияние изменяющихся потребностей общества на производство (хотя затраты труда всё равно должны будут учитываться при расчёте эффективности производства). Это, как раз, то, о чём говорил Ф.Энгельс:

«Социалистическое «общество должно будет знать, сколько труда требуется для производства каждого предмета потребления. Оно должно будет сообразовать свой производственный план со средствами производства, к которым в особенности принадлежат также и рабочие силы. Этот план будет определяться в конечном счёте взвешиванием и сопоставлением полезных эффектов различных предметов потребления друг с другом и с необходимыми для их производства количествами труда. Люди сделают тогда всё это очень просто, не прибегая к услугам прославленной «стоимости» *.
* Что вышеупомянутое взвешивание полезного эффекта и трудовой затраты при решении вопроса о производстве представляет собой всё, что остаётся в коммунистическом обществе от такого понятия политической экономии, как стоимость, это я высказал уже в 1844 г. («Deutsch-Französische Jahrbücher», стр. 95) 232. Но очевидно, что научное обоснование этого положения стало возможным лишь благодаря «Капиталу» Маркса.»

 

Добавьтe Ваш комментарий

Ваше имя (псевдоним):
Комментарий (Вы можете использовать здесь HTML-теги):